Что-то назревает. Букмекеры это чувствуют. «Бейденок обгоняет Фараджа как фаворита на пост следующего премьер-министра», — сообщил на этой неделе сайт ставок William Hill.

Расскажу, что происходит. Сейчас непростое политическое время. Даже сегодня у Кеми Бейденок есть противоречия, с которыми нужно разбираться. Но как консерватору мне кажется, что за последние несколько бурных недель она проявила многие качества, необходимые лидеру партии: умение выглядеть непринужденной и остроумной; выработать стиль, который дразнит оппонентов, а не язвит или злобствует; и делать все это достаточно уверенно, чтобы скептики задумались, что она действительно может стать следующим премьер-министром.

Этот непринужденный стиль выводил из себя Кира Стармера. Ответ Бейденок на его защиту своих экономических показателей — «если все так хорошо, почему он уходит в отставку?» — был спонтанным, остроумным и убийственным. Оппозиция ликовала, правительственные скамьи уставились в пол. И этот стиль скоро бросит вызов Энди Бернэму, как только депутаты получат возможность задать ему вопросы по поводу его потока летних объявлений. «Не быть Стармером» может сработать в последние дни августа, но это не продлится долго.

Бернэму повезло: немногие премьер-министры имели такое мягкое введение в жизнь наверху. Но взаимодействие между красноречием Бейденок (которое сейчас почти идеально) и северной дружелюбностью Бернэма (которая тоже на удивление хорошо воспринимается) вот-вот станет более интенсивным и приобретет новое значение. Бейденок старается избегать того, чтобы ее воспринимали как более удобоваримую версию Найджела Фараджа или как реликт тори, от которого избиратели устали. Если ей удастся это сохранить, ее шансы лишить Бернэма его налета «подумать только, я на Даунинг-стрит, 10» становятся еще более реальными.

Посмотрите на недавние комментарии Бейденок о чистом нуле и изменении климата — «Изменение климата реально. Планы по чистому нулю — нет. Это политическая фикция» — а затем о социальной помощи (предложение поддержки, но только если премьер исключит повышение налогов), и вы увидите часть ее расчетов в вопросе риска и возможности. Являются ли эти заявления признанием того, что Консервативная партия на самом деле совсем не изменилась, или доказательством того, что лидер партии предлагает ясность, редко проявляемую публично?

Большинство лидеров жаждут чего-то, что дало бы им преимущество над оппозицией, но Бейденок также стремится к отличию от своих предшественников. Тони Блэр сделал это, изменив пункт четвертый, тогда как Дэвид Кэмерон противостоял верным тори по вопросу однополых браков. Это делало их другими — и, следовательно, для более широкого электората, избираемыми. Бейденок следует этой традиции, будучи скептичной, но не отрицающей климат, и не критикуя планы Бернэма по социальной помощи до их должного обнародования.

Сравнения с Маргарет Тэтчер всегда рискованны, такова священная природа ее наследия в кругах тори, но я думаю, что некоторые из ее политических навыков очевидны в Бейденок: никогда не закрывать возможности, четко показывать, какова общая цель, и убеждать депутатов и общественность, что эта цель стоит некоторых жертв на пути. Это трудно в оппозиции. Нельзя всего достичь, просто выступая против ради противодействия.

Задача Бейденок — убедить избирателей в благополучных пригородах, так же как и избирателей «красной стены», что консерваторам снова можно доверять. Политика должна быть «консервативной», то есть основанной на философском убеждении, что бизнес в целом успешен вопреки государству, а не благодаря ему. Налоговый режим должен основываться на финансировании государственных услуг, а не на наказании за успех или ограничении выбора.

Лица и голоса наших политиков тоже важны, поэтому каждый кандидат от консерваторов должен был заново подать заявку на участие в выборах и подписаться под флагманскими планами партии. Вот почему спорное одобрение бывшего осужденного расиста Джошуа Боунхилла-Пейна баллотироваться в местный совет в Сомерсете было