Музыкальная артистка Чесс Галия раньше глотала свой гнев, боясь, что её назовут «истеричкой» или «сложной в работе». Теперь, в 34 года, она просто даёт ему волю: «Если кто-то свистит мне вслед на улице, я в ярости. Мне плевать». Галия — одна из растущего числа британских женщин, которые сообщают, что чувствуют себя злее, чем когда-либо, ссылаясь на всё: от «ментальной нагрузки» до сексизма на работе и насилия против женщин. «Мы не осознаём, сколько мы терпим и как часто закрываем рот», — говорит она.

Цифры подтверждают её слова. В 2024 году каждая пятая британка сообщала, что злилась в течение большей части предыдущего дня, по сравнению с каждой десятой в 2020 году. Почти два десятилетия во всём мире больше женщин, чем мужчин, сообщают о ежедневном гневе, и разрыв продолжает расти. Так женщины действительно стали злее или просто наконец говорят об этом вслух? Психотерапевт Дженнифер Кокс, автор и соведущая подкаста Women are Mad, предполагает, что верно и то, и другое. Она начала исследовать гнев, заметив закономерность среди своих клиенток: мигрени, проблемы с желудком, мышечно-скелетные и иммунные проблемы. «В конце концов, это было трудно игнорировать, — говорит она. — Они пытались удержать детей в колее, следить за своим психическим здоровьем и как-то ещё и работать».

Кокс прослеживает корень к тому, что она называет «этой нелепой историей про „хорошую девочку“» — десятилетиям внушения быть вежливой, доброй и внимательной. «Большое изменение по сравнению с предыдущими поколениями в том, что от нас ожидают, что мы будем делать всё». И они делают. По данным Управления национальной статистики, женщины тратят почти на час больше мужчин каждый день на неоплачиваемую работу, такую как домашние дела и забота о близких, — вдобавок к невидимой «ментальной нагрузке» по ведению домашнего хозяйства.

Культура, по крайней мере, догоняет. Если раньше злые женщины появлялись как нестабильные злодейки — Алекс Форрест в исполнении Гленн Клоуз в «Роковом влечении», Кэрри в исполнении Сисси Спейсек в классическом хорроре Стивена Кинга, — то теперь женская ярость подаётся как понятная, даже освобождающая. Альбом Лили Аллен 2025 года West End Girl документально и откровенно запечатлел конец её брака с актёром Дэвидом Харбором, а Charli XCX, Оливия Родриго и Chappell Roan выпустили песни, полные жестоких образов и буквальных криков. Даже хит 2023 года «Барби» показал культовую куклу, разочарованную своим якобы идеальным миром. Кокс называет такие изображения полезными и здоровыми.

Однако реальная жизнь по-прежнему взимает штраф. Исследование 2020 года показало, что женщины, выражающие гнев на работе, воспринимаются как менее заслуживающие статуса и влияния — стандарт, которого их коллеги-мужчины каким-то образом избегают. Так могут ли женщины выражать гнев на работе и всё ещё продвигаться? Да, говорит лайф-коуч Ян Данг, специализирующаяся на коучинге женщин-руководителей в мужских отраслях. Женщины, которые угождают людям, могут подняться до определённого уровня, утверждает она, но чтобы достичь вершины, нужно раскачивать лодку. «Женщины так хорошо умеют учить правила, когда мы знаем, каковы правила, — говорит она. — Но правила в корпоративном мире совершенно другие». Данг рекомендует прямые формулировки вроде «Это для меня твёрдое нет», «Мне это не нравится» и «Я тоже разочарована» — и советует женщинам «наращивать мышцу» отстаивания себя, независимо от того, отполирован ли ответ.

Помимо повседневного сексизма, постоянные угрозы, такие как сталкинг, домогательства и домашнее насилие, объединяют женщин в гневе и неповиновении. Насилие в отношении женщин и девочек составляет почти 20% всех зарегистрированных преступлений в Англии и Уэльсе, но часто остаётся незаявленным. Для Галии обсуждение её опыта мизогинии в музыкальной индустрии — и пережитого сексуального насилия — более открыто с другими женщинами кристаллизовало её разочарование. «Я думаю, мы злились долгое время, но теперь мы можем связаться с другими благодаря социальным сетям», — говорит она.

Психолог доктор Тара Брач согласна, что гнев имеет своё место. «Главное — под гневом есть что-то, что нам небезразлично, — говорит она. — Гнев — это посланник, он даёт нам энергию защищать, противостоять несправедливости, устанавливать границы, чтобы изменить ситуацию. Он становится нездоровым, когда овладевает нами или когда мы действуем так, что