Исполнительная власть Северной Ирландии уже седьмой месяц финансового года работает без бюджета. Это было бы забавным фактом для викторины в пабе, если бы не та деталь, что больничные врачи исчерпали терпение и объявили две забастовки в следующем месяце.

Месяцами поражало то, насколько незаметными казались практические последствия. Руководители государственного сектора приспособились к чрезвычайным бюджетным процедурам; деньги продолжали поступать, услуги оказывались, зарплаты выплачивались. Впечатляет — примерно так же, как впечатляет машина, которая тарахтит на парах бензина.

Но на этой неделе пары закончились. Отсутствие бюджета Стормонта означает, что врачам не могут дать 3,5-процентную прибавку к зарплате, рекомендованную независимым органом и одобренную министром здравоохранения. В остальной части Великобритании врачи получают эти дополнительные 3,5% в своих зарплатах с апреля. В Северной Ирландии у них есть терпение, которое счета не оплачивает.

«Я не знаю, сколько вы хотите, чтобы мы ждали?» — сказала Клода Корриган из Британской медицинской ассоциации (BMA). BMA встречалась с министром здравоохранения две недели назад и, по словам Корриган, ей сказали, что до Рождества прибавки не будет, «если вообще будет». В ответ врачи-резиденты проведут 24-часовую забастовку в пятницу 20 ноября, а консультанты и специалисты будут работать в значительно сокращённом режиме в следующий понедельник.

Королевский колледж медсестёр (RCN) открыл голосование по вопросу о промышленных действиях по тем же причинам. «Это отвратительно, что год за годом медсестры в Северной Ирландии вынуждены бороться за повышение зарплаты, которое их коллеги в остальной части Великобритании получают как само собой разумеющееся», — сказала профессор Рита Девлин, исполнительный директор RCN в Северной Ирландии. «Разве правительства Англии, Шотландии или Уэльса позволили бы своим сотрудникам здравоохранения бесконечно оставаться без повышения зарплаты? Ответ — нет. Так почему же Северная Ирландия должна это принимать?» Вопрос, на который пока никто не дал удовлетворительного ответа, возможно, потому что его нет.

Министр здравоохранения Робби Батлер попытался сделать примирительное заявление, признав при этом, что без бюджетного соглашения никаких сдвигов не будет. «Я по-прежнему привержен реализации повышения зарплаты в этом году, но, к сожалению, в настоящее время я не могу этого сделать в отсутствие достаточного бюджета, согласованного для моего департамента», — сказал он. Перевод: привержен — да; могу — нет; бюджет — пожалуйста.

Бюджета нет, потому что партии исполнительной власти согласны с тем, что формула финансирования делегирования Великобритании оставляет их настолько стеснёнными, что они не могут составить работоспособный финансовый план. Правительство Великобритании признало, что необходимо дополнительное финансирование, и предложило дополнительные 1,5 млрд фунтов в течение следующих трёх лет, с первым траншем в 525 млн фунтов в этом году. Партии Стормонта говорят, что этого совершенно недостаточно.

Во вторник министр финансов Джон О'Дауд изложил арифметику в ассамблее. «Давление на департаменты в текущем финансовом году составляет около 1,6 млрд фунтов. Предложение, которое сейчас на столе, — около 525 млн фунтов. Только зарплата государственного сектора — это 500 млн фунтов или около того, и любое урегулирование или соглашение должно включать деньги на повышение зарплат учителям, медсёстрам и другим работникам государственного сектора». Итак: нужно 1,6 млрд, предложено 525 млн. Математика остаётся непобедимой.

Государственный секретарь сэр Крис Брайант отреагировал с раздражением. «Нельзя бесконечно перерасходовать средства и не ожидать последствий. Это просто безответственно», — сказал он BBC. В пятницу он провёл виртуальную встречу с министрами Стормонта. Признаков соглашения не было, потому что их, конечно, не было.

Брайант предположил, что абсолютный крайний срок для сделки — январь, когда деньги, доступные в рамках чрезвычайных договорённостей, закончатся. Сделка должна быть достигнута гораздо раньше, если мы хотим избежать забастовок. Другими словами: часы тикают, врачи бастуют, и все очень привержены тому, чего они в настоящее время не могут сделать.