Кори Крефт начал работать на пасеке в 15 лет и в итоге выкупил бизнес. Затем в 2021 году его пчёлы начали массово гибнуть — 85 процентов ульев было потеряно в том году, и бойня продолжалась. Виновник? Неоникотиноиды, класс пестицидов, ставших такими же вездесущими, как плохие мнения в соцсетях.

Неоники, как их называют люди, которым нравится экономить слоги, покрывают семена сельскохозяйственных культур перед посадкой. Благодаря ловкой федеральной лазейке под названием «исключение для обработанных изделий» компании могут окунать семена в эти нейротоксины, не регистрируя их как пестициды. Это означает, что обработанные семена имеют тот же регуляторный статус, что и антимикробные зубные щётки или обработанная давлением древесина. Как выразился Крефт: «Любой может легально купить эти обработанные пестицидами семена, высыпать их в реку и загрязнить всю водную систему».

Введённые в 1990-х годах как более безопасная альтернатива старым пестицидам, неоники атакуют нервную систему насекомых. Они системны, то есть распространяются по всему растению — пыльца, нектар, фрукты, овощи и, в конечном итоге, вы. Производители обещали, что они останутся на месте и никому не навредят. Спойлер: они солгали.

Исследования теперь показывают, что неоники сохраняются в окружающей среде, путешествуют по ветру и воде и загрязняют экосистемы далеко от места их применения. Они связаны с неврологическим и репродуктивным вредом у людей. Недавнее исследование показало, что более 95 процентов беременных женщин имеют неоники в организме. Они в грудном молоке, водопроводной воде и детском питании. «Теперь они повсюду», — сказала Дженнифер Сасс из Совета по защите природных ресурсов.

Между тем, обработанные семена даже не помогают фермерам. Исследования показывают незначительное влияние на урожайность или его отсутствие, так что фермеры платят больше за привилегию травить свою собственную землю. Но попробуйте найти необработанные семена — их стало почти невозможно достать.

В Небраске энтомолог Джуди Ву-Смарт наблюдала, как её исследовательские ульи гибнут год за годом — 100-процентная смертность с 2017 по 2020 год. Причина? Этаноловый завод AltEn, перерабатывающий излишки обработанных неониками семян кукурузы из Северной Америки. Предприятие продавало измельчённый остаток пестицидов как почвоулучшитель, распространяя загрязнение на соседние фермы. AltEn закрылся в 2021 году, но теперь никто не знает, куда деваются излишки семян. «Это большой чёрный ящик», — сказала Ву-Смарт.

Правозащитные группы обратились к законодательству на уровне штатов. Закон SEED в Колорадо, который расширил бы доступ к необработанным семенам, был отклонён. Но аналогичные законы прошли в Нью-Йорке и Вермонте, и предложения появляются в Миннесоте, Массачусетсе и Гавайях. Квебек в 2019 году принял модель, основанную на потребностях, сократив использование неоников с почти всеобщего до почти нулевого за несколько лет.

Вернувшись в Колорадо, Крефт подумывает бросить пчеловодство. «Если я не могу сохранить своих пчёл живыми, потому что этот пестицид повсюду, зачем мне продолжать это делать?» — спросил он. Это справедливый вопрос — на который регуляторы, законодатели и пестицидная промышленность ещё не ответили.