В 2023 году, в возрасте 58 лет, автор совершала 80-мильный поход Tour du Mont Blanc в Альпах, когда обнаружила, что не столько идёт, сколько застыла на четвереньках и плачет, в то время как другие туристы проносились мимо неё, как вода вокруг камня. «Почему я не могу двигаться?» — недоумевала она. Спойлер: дело было не в позвоночнике. Это был страх, который она несла с детства.

В детстве её всегда выбирали последней на уроках физкультуры — и, честно говоря, она сама выбрала бы себя последней. По любым меркам, она была самым физически неуклюжим ребёнком в своей параллели. Другие ученики издевались над ней, и она стыдилась своего тела. Затем, в 10 лет, ей диагностировали сколиоз, а также тяжёлый лордоз (часть нижнего отдела позвоночника шла почти параллельно земле) и спондилолистез (один позвонок заметно сместился относительно других). Впервые увидев рентгеновские снимки, она была ошеломлена резкими углами и неестественными изгибами. Это выглядело как хаос. Чувство «слабой и странной» поселилось в ней навсегда.

Родители отвели её к модному ортопеду в Нью-Йорке, который выдал поистине ужасающий прогноз: смещённый позвонок очень опасен, и при любом падении или ударе он может сместиться вперёд, перерезать спинной мозг и оставить её парализованной. Он рекомендовал серьёзную операцию: выдолбить кость из бедра и срастить семь позвонков в нижней части спины, а затем год носить корсет. Операция была назначена. Она была в ужасе.

Тем временем мир превратился в бесконечную полосу препятствий, где каждая кочка, лестница или переполненный коридор, казалось, были специально созданы, чтобы парализовать её. Она стала бояться двигаться вообще. Второе мнение другого ортопеда предложило куда более взвешенный взгляд: многие люди живут с этим заболеванием, риск паралича на самом деле довольно мал, и можно обойтись без операции, просто наблюдая за позвоночником. Она последовала его совету — но десятилетиями носила в теле тихий ужас и оставалась робкой в любой физической активности.

К 30 годам она работала на всё более высоких руководящих должностях с бесконечными командировками, долгими часами и массой стресса. Она постоянно была измотана и испытывала мучительную боль после часа стояния. Она боялась, что её слабое тело саботирует её карьеру.

Затем она переехала в Колорадо, где коллега пригласил её на велопрогулку, чтобы исследовать новый родной город. Она согласилась, ожидая кофе и, возможно, 30 минут неспешной езды. Вместо этого их первая поездка составила 20 миль за город. Она была поражена, что смогла это сделать, учитывая, что она вообще никогда толком не занималась спортом. В следующий раз они проехали 50 миль — и это она тоже пережила. Вскоре они уже совершали 100-мильные заезды через Скалистые горы, крутя педали целыми днями, иногда поднимаясь на высоту более 11 000 футов. Каждая поездка бросала вызов её самоограничивающему убеждению, которое она несла с детства. Неужели она действительно может быть сильной? Она начала набираться энергии и чувствовать себя менее выгоревшей на работе — теперь она могла провести часовой доклад, не желая рухнуть в конце.

Когда ей исполнилось 40, она попросила врача провести оценку безопасности её позвоночника. Он сравнил её текущие рентгеновские снимки со снимками, сделанными в 16 лет, и определил, что значительного смещения или дегенерации позвонков не произошло. Он сказал, что она может заниматься фитнесом практически без ограничений — это казалось революционным. Она начала тренироваться с инструктором и впервые в жизни перестала думать о своём теле только с точки зрения того, как оно выглядит или что с ним не так.

Застыв на той альпийской вершине в 58 лет, она осознала, что парализует её не позвоночник, а скрытый страх. Она сделала глубокий вдох и поползла вверх и через перевал.

Большую часть жизни она относилась к своему телу как к неуклюжему и ненадёжному противнику. Но покатавшись на велосипеде в Скалистых горах, совершив поход в Альпах и упав со сцены во время доклада — и всё это без паралича — она поняла, что вовсе не так хрупка.

Сейчас, в 60 лет, она управляет