В первый день своего второго срока президент Дональд Трамп объявил, что Соединённые Штаты переживают «национальную энергетическую чрезвычайную ситуацию». «Вредные и недальновидные политики предыдущей администрации», — писал он в исполнительном указе, — оставили энергетические ресурсы страны «слишком неадекватными», ситуация, которая «вызывает и усугубляет высокие цены на энергию, опустошающие американцев». С тех пор Трамп пытался использовать объявление чрезвычайной ситуации, чтобы ускорить выдачу разрешений на разработку ископаемого топлива и укрепить национальную энергосистему дополнительными ресурсами ископаемого топлива.

Почти два года спустя, когда Трамп смотрит в лицо промежуточным выборам, его заявление о чрезвычайной ситуации звучит иронично. Соединённые Штаты переживают своего рода энергетическую чрезвычайную ситуацию, характеризующуюся высокими ценами на топливо, но это не та, которую он описывал, вступая в должность. Мало того, исполнительные полномочия, которые он разблокировал своим чрезвычайным указом, оказались бесполезны для смягчения текущего кризиса и для снижения высоких цен, которые он осуждал при вступлении в должность.

«Истоки проблемы — война в Иране», — сказал Гбенга Аджилоре, главный экономист Центра по бюджетным и политическим приоритетам, непартийного экономического аналитического центра, который анализировал энергетическую политику Трампа. Атака Трампа на страну привела к закрытию Ормузского пролива и разрушению нефтеперерабатывающих заводов и нефтяных месторождений, что сократило мировые поставки очищенного топлива, такого как бензин и дизель. Нехватка поставок этого очищенного топлива оказалась даже хуже, чем для сырой нефти, и сильнее ударила по кошелькам.

Эта ирония указывает на горькую правду о том, как работает система ископаемого топлива. Даже со всеми полномочиями, доступными исполнительной власти, Трамп не смог сбить цены ни на нефтяное топливо, ни на электроэнергию. Он смог протолкнуть конкретные нефтяные проекты и сохранить работу определённых электростанций, но рынки нефти и электроэнергии настолько велики и сложны, что эти вмешательства не изменили потребительские цены. Являются ли эти высокие цены чрезвычайной ситуацией или нет, он мало что может с этим поделать — если не считать окончания войны в Иране.

«Если это обратить вспять, цены, может, и не упадут камнем, но начнут снижаться», — сказал Аджилоре. «Кроме этого, делать действительно нечего».

Практические последствия объявления Трампа об энергетической чрезвычайной ситуации затронули две ключевые части энергетической системы — области, где у президента были самые большие разногласия с администрацией Байдена. Первой была энергосистема, где бывший президент Джо Байден стремился развернуть большие объёмы новой солнечной и ветровой энергии, даже когда центры обработки данных повышали спрос на электроэнергию. Трамп обещал на предвыборной кампании сократить счета за энергию вдвое и поручил федеральным агентствам «выявить и использовать любые законные чрезвычайные полномочия, доступные им» для содействия выработке электроэнергии.

Министерство энергетики взяло указ и понеслось. Министр Крис Райт, известный поборник ископаемого топлива, издал несколько чрезвычайных распоряжений, чтобы предотвратить запланированное закрытие угольных электростанций по всей стране. В этих распоряжениях министр утверждал, что напряжённые условия в энергосистеме делают необходимым сохранение всех доступных мощностей, даже если коммунальные предприятия, управлявшие станциями, пытались их закрыть.

Вместо снижения цен на энергию эти распоряжения обошлись в значительные суммы. В Мичигане сохранение работы станции J.H. Campbell обошлось плательщикам на Среднем Западе почти в 300 миллионов долларов чистыми, хотя станция вырабатывает гораздо меньше энергии, чем до распоряжения. В Колорадо коммунальному предприятию пришлось продолжать эксплуатацию угольной станции, которую оно собиралось закрыть, хотя станция сломана и требует серьёзного ремонта. Во многих случаях закрывающиеся станции были одними из самых старых и наименее эффективных объектов в своих регионах, поэтому их сохранение не экономит потребителям деньги, даже если они добавляют энергию в сеть.

Потребовалось время, но суды начали подвергать сомнению эти