Генеральный директор OpenAI Сэм Альтман наконец-то занял место свидетеля сегодня утром, чтобы защитить себя от иска своего бывшего сооснователя Илона Маска, оспаривающего корпоративную структуру OpenAI, и показания были, скажем так, мастер-классом по неловким паузам и поднятым бровям.

Альтмана сразу спросили, что он думает об утверждении Маска о том, что другие основатели OpenAI «украли благотворительную организацию», когда запустили коммерческую дочернюю компанию для продажи продуктов на основе моделей ИИ компании. «Мне трудно даже осмыслить такую формулировку», — сказал Альтман после нескольких секунд молчания. «Мы создали одну из крупнейших благотворительных организаций в мире. Этот фонд делает невероятную работу и будет делать еще больше».

Адвокаты Маска изо всех сил старались указать, что у фонда OpenAI, активы которого сейчас составляют порядка 200 миллиардов долларов, до начала этого года не было штатных сотрудников. Председатель совета директоров OpenAI Брет Тейлор сегодня показал, что это было связано просто с проблемой конвертации акций OpenAI в наличные, что было достигнуто в ходе последней реструктуризации организации в 2025 году.

Центральный вопрос, поставленный юристами Маска, заключается в том, не была ли оставлена позади приверженность компании безопасности по мере роста ее коммерческой мощи. Но Альтман сказал, что в 2017 году, в решающий период, когда основатели боролись за то, как получить финансирование для своих моделей ИИ, «конкретные планы Маска по безопасности вызывали у меня беспокойство». Он описал «особенно волнующий момент» в дебатах, когда Маска спросили, что произойдет, если он умрет, контролируя гипотетическую коммерческую OpenAI. По словам Альтмана, Маск сказал: «Может быть, OpenAI должна перейти к моим детям».

Альтман сказал, что сосредоточенность Маска на контроле над первоначальной коммерческой структурой заставила его задуматься, потому что OpenAI была посвящена тому, чтобы не допустить попадания передового ИИ в руки одного человека, и Альтман, имея опыт управления известным стартап-акселератором Y Combinator, знал, что «основатели, которые имели контроль, обычно его не отдавали».

Альтман также показал, что тактика управления Маска, которая, возможно, сработала в инженерии и производстве, не сработала в OpenAI. «Я не думаю, что господин Маск понимал, как управлять хорошей исследовательской лабораторией», — сказал Альтман. «Он демотивировал некоторых из наших ключевых исследователей. В какой-то момент он потребовал, чтобы Грег и Илья составили список исследователей, перечислили их достижения, проранжировали их и прошлись по ним бензопилой. Это нанесло огромный ущерб культуре организации на долгое время».

Действительно, Альтман изобразил себя защищающим «трудовой вклад» коллег-сооснователей Грега Брокмана и Ильи Суцкевера, двух людей, которые фактически управляли OpenAI в то время, пока Маск и Альтман имели другие работы.

После того как этот конфликт остался неразрешенным, Маск в конечном итоге покинул совет директоров OpenAI и начал конкурирующие инициативы в области ИИ в Tesla и своем собственном стартапе xAI. Но Альтман поддерживал связь с непостоянным бизнесменом, информируя его о работе OpenAI и ища его финансирования и советов. Адвокаты OpenAI отметили, что Маска держали в курсе и просили участвовать в инвестициях, которые его иски теперь называют коррумпирующими некоммерческую организацию. Во время одного обсуждения инвестиций Microsoft в OpenAI в 2018 году Альтман сказал, что «в отличие от многих встреч с господином Маском, это была встреча с хорошей атмосферой», где Маск провел «долгий разговор, показывая нам мемы на своем телефоне».